Статьи и интервью

Стивен Магуайр согласен на многое

26.03.2010

В пятницу утром он выйдет из дома и отправится в большой мир. Его ждет Пекин. В нынешнем чахлом календаре осталось всего шесть рейтинговых турниров, и China Open - самый безумный из них. «Повернутые на снукере». Здесь до сих пор восьмидесятые, Чес и Дэйв на вершине чартов, а Кирк Стивенс по-прежнему крут. Стивен Магуайр уже раз десять бывал в этой временной петле, но все еще пытается привыкнуть. Люди выстраиваются в очередь, чтобы взять его автограф, а он думает: «Почему?». Ведь он не Джон Хиггинс и не Ронни О'Салливан.

Второй номер мирового рейтинга сидит практически дома, в отличном новом снукерном клубе «Q» на юге Глазго, и хочет рассказать, как Пекин расширил его кругозор, как он побывал в Запретном Городе и Летнем Дворце, гулял по площади Тяньаньмэнь и поднимался на Великую Стену. Он бы хотел и это рассказать, и многое другое - но не может. Потому что на самом деле он сидел в номере, пока не приходило время играть. Отель-снукер-отель - и потом домой. Вот так все проходило. Такова жизнь.

«Каждый год я говорю одно и то же: я схожу посмотреть Стену. Но по прибытии ты измучен перелетом. Играешь и проигрываешь. Можно выпить в отеле с остальными ребятами. Может быть, сыграть в карты. Я собираюсь как-нибудь взять с собой свою жену Шэрон, чтобы она посмотрела, что это такое. Думаю, она считает, что я там развлекаюсь, но я вам скажу - это совсем не весело».

Китай живет по собственным законам.

«Зрителей много и они очень громкие. Они все висят на телефонах, болтают обо всем на свете, и это не заканчивается. Рефери пытаются изо всех сил их утихомирить, но те в основном не слушают. Да они и не могут услышать - слишком заняты трепом по телефону. В прошлом году был случай, я играл с Ронни в полуфинале. Ронни там мега-звезда. У нас была ничья, 5:5, я сделал плохой отыгрыш и оставил биток на ударе, и вот я думаю: «Ронни тут наберет как минимум 40 очков и выиграет матч». А они начали аплодировать. Это последнее, что тебе нужно. Аплодисменты и все такое. Они ничего дурного не имели в виду. Просто они любят Ронни, там нельзя ничего принимать близко к сердцу, просто нужно как-то выкручиваться».

Выкручиваться. Да уж, точно. Он весь прошлый год этим занимался. Выкручивался от висевших над головой обвинений в договорном матче, и это самое серьезное из всех расследований в истории снукера.

Может быть, вы знаете эту историю. Перед матчем Магуайра с Джейми Бернеттом на Чемпионате Великобритании 2008 букмекеры отметили какие-то необычные ставки на этот матч, особенно на счет 9:3 в пользу Магуайра, как в итоге и получилось. Обоих игроков вызвали и допросили. А потом? Ничего. Расследование в процессе, это все, что он знает. И он сам уже некоторое время в подвешенном состоянии. Хотелось бы ему знать, когда это закончится, но пока что ни слуху, ни духу.

«Уже больше года прошло. Я не знаю ничего сверх того, что написано в газетах. Ничего не слышал. Я стараюсь об этом не думать, потому что в противном случае присяду на антидепрессанты, понимаете, о чем я? Я продолжу играть, и все это как-то в конце концов само утрясется. Я просто жду не дождусь телефонного звонка, о том, что все окончено. Если принесут извинения - будет довольно мило. Понимаете, вот ты выигрываешь снукерный матч, но люди не хотят говорить об этой игре. Они спрашивают: «Что там с прошлого года творится?» - а я не знаю. Ты говоришь: «Я, вообще-то, сегодня нормально играл, и матч был хороший, вот». Но все всегда сворачивает на другую тему. Полиция задавала мне все эти вопросы, я на все ответил правдиво. Не знаю, что еще сказать. Вот так».

Мало в каком виде спорта главные действующие лица столь искренне рассказывают обо всех смущающих их сложностях и противоречиях. Игра такая, снукер. Эти ребята ничего не скрывают ради того, чтобы лучше выглядеть. Если их что-то давит - они это признают. Они будут бить себя на ваших глазах, и ни один пиарщик их не остановит. Их не втянуть во всякие футбольные штучки. Нет здесь общих образов, нет всякой дури в стиле «примадонн». Что вы сможете увидеть в этом мире, так это немного реальности.

Мы с ним беседуем в клубе «Q», и на столе возвышается кубок чемпионата мира. Это тот приз, который хочет взять Стивен Магуайр. Ему 29 лет и он говорит, что думал, к этому возрасту уже выиграет его. Раз или два он был близок. Не в финалах, но шансы были.

«Знаете, иногда я его презираю. Его ненавидишь за то, что он с тобой делает. В полуфинале против Джона Хиггинса [2007] я подошел ближе всего, в том году я все делал правильно. Я ушел вперед, 14:10 в матче до 17-ти побед. Он вырвался на последнюю сессию как поезд и сделал меня. Через год в четвертьфинале против Джо Перри было еще хуже. Я никогда не относился к нему с тем уважением, с каким следовало бы. За год до того я играл с ним и победил 10:2, так что уже мысленно прошел четвертьфинал и думал о полуфинале, с кем, возможно, буду играть. Но он хороший игрок, и я не мог его «стряхнуть». Я просто думал, что оторвусь и выиграю, в любую минуту, а на самом деле: «Что происходит? Я должен был закончить еще час назад». Доходит до 12:12, я упускаю возможность в финальном фрейме - и вдруг я выбываю из игры. Но я заслуживал поражения. Учитывая, как я отнесся к этому матчу - заслуживал».

Всего месяц до Крусибла. Настало время снукера. И может быть, время Барри Хирна. На это Магуайр в любом случае надеется. Хирн должен все встряхнуть, как новый босс спорта. При том, куда снукер завела «старая гвардия», сейчас у него появился шанс, потому что у руля - лучший организатор.

«Я с Барри, без вопросов. Послушайте, я просто с ума сходил о того, что творилось. У нас шесть турниров. Шесть! И в таких случаях первые пару раундов не в игрушки играют. Так что мы получили намного меньше шансов заработать и намного больше серьезных соперников. Это большое давление».

Одна из самых сумасбродных идей Хирна - однофреймовый турнир, в котором каждый проигравший должен будет уйти со сцены через «аллею позора» к занавесу, у которого поджидает Мрачный Жнец.

«Я слышал только то же, что и вы. Если ты проигрываешь, то должен будешь уйти, а тебя забрасывают грязью, что-то в таком духе. Слушайте, такая штука привлечет зрителей. Хочется же увидеть, как Ронни забрасывают грязью. Собственно, это осчастливило бы публику. Я согласен. Я согласен попробовать многое».

«Барри пришел побеседовать с нами в январе. Я мог бы часами его слушать. Честно говоря, это единственное, что оставалось - слушать его, потому что вставить слово было невозможно. Знаете предыдущий «режим»? Ни разу в жизни их не видел. Ни одного. А когда Барри стал председателем, он садится рядом с нами, и это уже прогресс. Мне это нравится. Не знаю, сможет ли он все перевернуть, но я знаю, что он действительно постарается. Уже болтают о том, что происходит. И я готов отправляться в путь».

Следующая остановка - номер в Пекине. Потом Крусибл. Это не особо весело, но он бы не променял его ни на что в мире.

По материалам: scotlandonsunday.scotsman.com
Перевод: top-snooker.com